23 июля состоялось последнее судебное заседание стадии дополнений перед прениями сторон по делу. Прокурор снова опротестовала просьбу Игоря о вызове врачей, причем со злорадным «смешком»

Вначале заседания прокурор выступила с речью о погибшей свидетельнице. Она попросила приобщить к делу «документ» почему-то полученный не ей, а следователем и в рамках какого-то уголовного дела, не рассматриваемого в данном судебном заседании. Вообще, как попал к прокурору документ из другого уголовного дела? Почему прокурор сама не сделала запрос еще два месяца назад в самом начале опроса свидетелей? Тем не менее, этот, неофициально полученный таким странным способом, «документ» быстренько приложили к делу, несмотря на протесты защиты. Да и в дальнейшем, к делу прикладывались любые материалы и «доказательства», представляемые стороной обвинения, но отвергались абсолютно все материалы и ходатайства защиты. Уже не удивляет, что по ходатайству «потерпевших» было приложено к делу экспертное заключение заниженной оценки стоимости квартиры, несмотря на «отсутствие предупреждения экспертов об уголовной ответственности», на которое ссылалась прокурор, когда протестовала против аналогичной экспертизы защиты. Напомним, что только после вызова в суд эксперта и предупреждения об уголовной ответственности, материалы экспертизы стороны защиты были приложены к делу. Абсолютно неравное отношение к сторонам процесса. Очевидно, что ни о какой состязательности сторон не может быть и речи. Даже прокурор проговорилась, что подсудимому придется доказывать свою невиновность. Не наоборот? Закон утверждает о невиновности подсудимого пока не доказано обратное! Но закон говорит одно, а прокурор, в данном случае, совсем другое.
Далее прокурор заявила, что необходимо исследовать документы дела, которые она не исследовала. Это как? Часть исследовала, а часть проигнорировала?
Зачитали «неисследованные» материалы дела, в которых сказано, что Гергиев учредитель ЗАО «МПФ», а Лакути учредитель турагенства «МПФ».
Сторона «потерпевшего» заявила о частичном отзыве исковых требований, так как накануне, 22 июля, Лакути сделал еще одно «пожертвование», собственной квартиры, в Звезды Белых ночей. В связи с данным обстоятельством, сторона «потерпевшего» отказывается от иска к Лакути и уменьшает сумму одного иска, но сумму другого иска полностью вешает на Зотова. Как же так? Обвиняемых двое, следовательно, и ответственность на двоих.  Причем Лакути снова заявил, что частично признает свою вину, но, тем не менее, весь иск от ЗАО «МПФ» «странным образом» теперь адресован только Зотову, который свою вину не признает. Теперь к Лакути претензий нет, а все материальные требования пытаются «повесить» на одного Зотова.
Допросили Лакути. Тот признал свою вину частично, в какой-то «технической части». Сказал, что пожертвование сделал добровольно, заявив при этом, что ему не оставили выбора. Вообще, ответы Лакути стали странно напоминать «тактику Гергиева и Мазанова»- какое-то невнятное бормотание и постоянные ссылки на отсутствие памяти. С явным трудом и только благодаря настойчивости адвокатов Лакути «припомнил» как «случайно встретил» Игоря в Следственном комитете и немного «поболтал» с ним, передав требования Гергиева. Кто разрешил подобную встречу, на которую Игоря привели  в наручниках, Лакути сообщить отказался.
Защитники Игоря обратились за разъяснениями к Мазанову и его защитнику в части обоснования и расчетов по предъявленным искам. Адвокат Мазанова, в отличие от своего нанимателя, мямлить не стал и на все вопросы об отсутствии доказательств и расчетов заявил, что в этом нет необходимости, потому, что он «так решил» и так «посчитал». Удивительно, но прокурор горячо поддержала подобную тактику обоснования и предъявления доказательств. Поэтому никого не удивило, что данные иски, ничем не обоснованные и содержащие недостоверную информацию, приложили к делу, несмотря на наличие явных противоречий с законом.
Далее допросили Мазанова. Защитник Игоря продемонстрировала суду расписки Мазанова о принятии заявлений от Игоря и его супруги о возмещении ущерба за третьих лиц, датированные прошлым годом. Эти расписки свидетельствуют о том, что велись переговоры и именно Мазанов инициировал возмещение ущерба, путем договора пожертвования в пользу Фонда. Но Мазанов признал только расписки, а сами заявления признавать не захотел. Но при этом не отрицал, что заявления имеются в офисе, но предоставить их отказался. Повторно заявил, что это добровольное пожертвование семьи Зотова.
Очевидно, что Гергиев мечтает получить неоднократное возмещение ущерба и предпринимает все меры к исполнению, раздавая указания и не гнушаясь способами и исполнителями. Мазанов и сторона обвинения всеми силами пытаются выполнить полученные указания, прикрываясь знаменитым «потерпевшим» и от этого покровительства они чувствуют свою абсолютную безнаказанность в использовании незаконных методов обогащения. Но какие бы ни были покровители все это напоминает рейдерство!


Добавить комментарий...