27 июня состоялось очередное судебное заседание по делу Игоря. Заслушали Гергиева и еще одного свидетеля обвинения. В самом начале заседания, по просьбе защиты, судья предупредила Гергиева о необходимости отвечать конкретно и на заданные вопросы.

     Но «потерпевший» предупреждение игнорировал и вновь сводил ответы к монологу о собственной значимости и влиянии, при явном одобрении и поддержке прокурора. 
 Очевидно, что подобные рассуждения отработаны и постоянно выдаются публике, готовой слушать и внимать. Но только не в этот раз, так как приход Гергива на суд был вызван необходимостью получить разъяснения по фактам и обстоятельствам деятельности его структур по отношению к рассматриваемому делу. Именно поэтому, защитники Игоря не позволяли «потерпевшему» отклоняться от ответов на свои вопросы в сторону пространных рассуждений.
   «Потерпевший», в своих ответах, как-то очень избирательно, вспоминал только часть событий и постоянно «затруднялся» ответить, несмотря на предъявляемые ему документы и доказательства, находящиеся в деле. При этом на вопрос,  почему  он отказался знакомиться с материалами дела, Гергиев ответил, что не отказывался, хотя в деле есть его письменное заявление об отказе. Так же Гергиев отказался признать факт выплаты самому себе материальной помощи в несколько десятков миллионов рублей, несмотря на доказательства - документы, собранные следствием и находящиеся в деле.
   Примечательно и то, что для Гергиева оказались сюрпризом результаты следственной экспертизы: якобы похищенные 245 млн. рублей возвращены Фонду еще в марте 2011 года. Поэтому безосновательно заявление Гергиева, написанное в СКР в ноябре 2011 года, в отношении Игоря и своего брата. Сам факт существования этого заявления будто бы написанного и поданного лично Гергиевым вызывает сомнение. Прокурором представлена «копия» страницы №2 «книги регистрации заявлений», где якобы «видна запись о регистрации» заявления от Гергиева, что в ноябре 2011г совершенно невероятно, так как других заявлений в течение года поступает несколько тысяч, и к ноябрю книга не может содержать только две страницы. Странная, незаверенная «копия», на которой отсутствуют любые следы прошивки книги или какой-либо иной принадлежности к книге учета заявлений.
   Вызывают сомнение и показания Гергиева по поводу переезда 01 ноября 2011г из Москвы в Петербург для назначения Мазанова на должность руководителя Фонда. Эти показания противоречат показаниям самого Мазанова, который утверждает, что 01 ноября 2011г ехал с Гергиевым в одном купе в поезде из Москвы в Питер, а Гергиев заявляет, что летел на самолете. При этом вообще представляется сомнительным сам факт нахождения Гергиева в России в этот день.
  Подтверждает наши сомнения и то, что прокурор отреагировала резким возражением на просьбу защитников предоставить паспорт «потерпевшего» с отметками прохождения границы, чтобы подтвердить факт нахождения в РФ и личного написания заявления на Игоря и Лакути. Судья поддержала прокурора и защите отказала.
Гергиев же заявил, что паспорт, возможно, уже «сдал» и не имеет такой возможности. Но Гергиев является руководителем Мариинки и обязан представлять в бухгалтерию театра копии отметок пересечения границы в паспорте, для  достоверного  расчета зарплаты  и командировочных в соответствии с законом РФ.
  Через некоторое время прокурор «намекнула» Гергиеву, что у него «имеются заметки и он хотел бы» приложить их к материалам дела. «Потерпевший» обрадовался и согласился, так как явно забыл про «заботливо подготовленные заметки» для своих ответов на вопросы. Причем Гергиев сам отметил, что заметки составлял не он, а его сотрудники, следовательно, в них изложено не его личное мнение, а его «помощников». «Заметки» приложили к делу сразу, не предъявляя на ознакомление  сторонам процесса, несмотря на то, что такое поведение прокурора нарушает законность процедуры судебного слушания и приложения материалов в дело.
  Прокурор все время выступления Гергиева поощряла его развернутые «ответы», рассчитанные на затягивание времени, чтобы «потерпевший» ответил на как можно меньшее количество вопросов защиты до своего ухода. Представляется, что сторона обвинения была прекрасно осведомлена о времени ухода Гергиева из зала суда, так прокурор подтвердила слова «представителя потерпевшего», который заявил, что Гергиеву пришлось уехать и он в зал не вернется, но разрешает продолжать без него.
  Судья продолжила судебное заседание, несмотря на возражения защиты и в повторном вызове Гергиева в суд отказала, несмотря на то, что Игорь и его защитники незаконно лишаются возможности задать  вопросы. Но кого интересует законность в данном заказном слушании?
Следующее заседание состоится 1 июля в 11.30 в Тверском суде г.Москвы.


Добавить комментарий...